Пигмалионизм

Легенда гласит: “Давным давно правил Кипром царь Пигмалион. Был он не только мудрым правителем, но и прекрасным скульптором. Однажды изваял он из белоснежной слоновой кости статую девушки необычайной красоты и назвал ее Галатеей. Как живая, стояла она в мастерской художника: казалось, еще мгновение - и скульптура оживет, заговорит.... Она была так прекрасна, что сам творец часами мог любоваться на свое произведение. Со временем Пигмалион полюбил Галатею, как живую женщину. Он дарил ей драгоценные ожерелья, браслеты и серьги, одевал в роскошные одежды, украшал ее голову цветами.

Однажды на празднестве в честь богини любви Афродиты несчастный влюбленный преподнес ей богатые дары и с мольбой прошептал: - О, златокудрая Афродита! Если в твоей власти исполнить мою просьбу, то дай мне в жены такую же прекрасную девушку, как та, что я изваял собственными руками! Пигмалион не осмелился просить оживить статую, поскольку боялся прогневать подобной просьбой богов. Ярко запылало жертвенное пламя перед изображением богини: так давала она понять, что просьба художника услышана. А вернувшись домой, Пигмалион обнаружил свое творение ожившим...

Сегодня сложно судить о том, каким был Пигмалион правителем. Для потомков он остался символом человека, беззаветно влюбленного в собственное творение. Однако его образ дал богатую пищу не только поэтам и другим служителям муз (вспомним хотя бы бессмертную пьесу Бернарда Шоу или "Венеру Илльскую" Проспера Мериме), но и психиатрам. С подачи последних родилось даже новое понятие – "пигмалионизм", называемое еще иногда "монументофилией". Первоначально под этими невразумительными названиями понималось такое расстройство сексуального влечения, когда место партнера противоположного пола занимало скульптурное изображение. Однако в наши дни люди имеют гораздо больше возможностей для самоудовлетворения. Поэтому роль прекрасной Галатеи вполне может играть не только статуя, но и картина, и даже изображение любимого певца или актрисы. Общее же во всем многообразии проявлений пигмалионизма то, что страдающий данным расстройством человек начинает испытывать влечение не к такому же, как он, земному существу, а к изображению как символу сексуального партнера.

Интересно, что подвластны этой страсти и мужчины, и женщины – причем, как правило, достаточно высокого интеллектуального уровня и с хорошо развитым эстетическим чувством. Ведь без этого, согласитесь, нелегко увидеть на полотнах Рубенса или Гойи не просто "голых женщин", а образы, вызывающие определенные сексуальные переживания. И "Вечная весна" Родена предстанет не банальной фиксацией целующейся парочки, а пробудит целую гамму чувств – в том числе и самых интимных.

В чем же причины пигмалионизма? И как расценивают это явление сексопатология и психиатрия? На эти и другие вопросы отвечает врач-сексолог, кандидат медицинских наук Элеонора ГУВАКОВА.

– Конечно, мифическую историю Пигмалиона можно условно считать точкой отсчета в попытках человека перенести эротическое влечение на предмет изобразительного искусства. Однако на самом деле подобные эпизоды можно найти и в реальной истории. Существовали языческие обряды (кстати, они и до сих пор живы в практике некоторых диких племен), когда изображения божеств мужского и женского пола использовались... ну, скажем так, в качестве полноправного партнера в ритуальном половом акте. Очень распространена подобная "эксплуатация" была и там, где определенными церемониями обставлялась дефлорация девушек. Так что опыт в этом отношении у человечества имеется. Просто по мере развития общества проявления пигмалионизма становились не такими примитивными, а все более изощренными.

Известно немало примеров, когда произведения искусства были объектами болезненного внимания со стороны сексуально неуравновешенных личностей. Это и попытки похищения с целью единоличного обладания (в отношениях между людьми подобное назвали бы патологической ревностью), и проявления вандализма (не мое – значит, ничье!). Конечно, в большинстве таких случаев речь идет о психически неполноценных людях... Однако, как говорят психиатры, только шизофреники абсолютно уверены в том, что они нормальны.

Степень эротической притягательности картины или статуи напрямую связана с мастерством художника, с той эмоциональной нагрузкой, которую мастер сумел заложить в свое произведение. А ведь не секрет, что процесс творчества для многих талантливых людей сродни сексуальной активности, а вершину вдохновения некоторые сравнивают даже с затяжным оргазмом, после которого наступает период приятного опустошения и расслабленности. Кстати, любопытно, что большинство гениальных живописцев и ваятелей, чьи произведения можно без колебаний причислить к вершинам эротического искусства, были весьма несчастливы в личной жизни. По всей видимости, на нее сил и времени уже не оставалось.

Интересна с точки зрения психологии и традиция запечатлевать образы длительно отсутствующих или умерших возлюбленных на портретах или в виде надгробных памятников. Это в некоторой степени тоже проявление пигмалионизма, особенно тогда, когда убитый горем человек "зацикливается" на изображении покойного, относясь к нему, как к живому партнеру. При этом в повседневной жизни такой человек может оставаться вполне нормальным – и лишь очередная "встреча" с образом-напоминанием ввергает его в своеобразное исступление. Психологическое воздействие подобных изображений бывает тем сильнее, чем большее сходство они имеют с оригиналом. То есть опять же притягательность скульптуры или портрета напрямую зависит от мастерства ваятеля или художника.

Именно в эмоционально-эстетической связи между создателем объекта поклонения и самим поклонником лежат причины того, что пигмалионизм нельзя причислить к такому сексуальному отклонению, как фетишизм. Или любви к порнографии. Пигмалионист поклоняется даже не столько произведению искусства, сколько тому прекрасному образу, который он создает в своих мечтах. Такие эмоции, как правило, не способны пробудить ни порнографическая открытка, ни отдельно взятый предмет одежды. Другими словами, пигмалионист подсознательно стремится подняться к своему идеалу, а не опустить его до себя.

На мой взгляд, в нашей сегодняшней жизни пигмалионизм стал достаточно распространенным благодаря бурному развитию технических изобразительных средств – художественной фотографии, голографии, доступности произведений искусства. А поскольку незапретный плод, как известно, не столь привлекателен, то до крайних форм, когда художественное изображение не просто разнообразит сексуальную жизнь, а полностью заменяет ее, дело обычно не доходит.

Да и не следует думать, что объектом так называемого подсознательного пигмалионизма могут быть только предметы, представляющие собой художественную ценность. Элементы этого явления можно очень часто увидеть в играх маленьких детей, которые упрямо раздевают своих кукол. До определенного возраста ребенок просто не воспринимает себя в одежде, поэтому возможность обнажить еще кого-то действует на него успокаивающе: вот еще один такой же, как и я, то есть я нахожусь не в одиночестве... Кроме того, на куклу ребенок переносит свое сексуальное любопытство и инстинкт агрессии (ее можно раздеть, потрогать, а можно и раскурочить). Первый опыт детской мастурбации также нередко связан с куклами.

Взрослые люди, если они и не принадлежат к числу сознательных ценителей прекрасного, в своих сексуальных мотивациях могут иметь проявления пигмалионизма. К примеру, некоторые мужчины любят переодевать своих партнерш в "костюм богинь". Причем для этого отнюдь не требуется проявлять чудеса изобретательности, поскольку роль такого костюма может играть обычная простыня, живописно обернутая вокруг женского тела наподобие древнеримской тоги. Многие находят это весьма сексуальным и возбуждающим.

Да и простой выбор партнера по сугубо физическим характеристикам тоже можно расценивать как бессознательную склонность к пигмалионизму. Мужчины, особенно небольшого роста, стремящиеся к женщинам с крупными, "монументальными" формами, или женщины, отдающие предпочтение представителям противоположного пола с рельефной атлетической мускулатурой – все они в душе пигмалионисты...

Что же касается вопроса, хорошо это или плохо, то, как мне кажется, в определении своего отношения к этому явлению лучше всего руководствоваться основным принципом сексологии: "Все, что не вредит здоровью и приносит удовольствие, – нормально и допустимо". Лично я как врач и просто как человек считаю, что ничего страшного в этом нет. Если некий элемент вносит в вашу интимную жизнь разнообразие и дополнительную толику чувственности – зачем от него отказываться? К тому же в данном случае речь вообще может идти не только о сексуальных изысках, но и просто о формировании хорошего художественного вкуса: думаю, абстрактная скульптура или образчик соцреализма вроде монумента "Рабочий и колхозница" эротических переживаний ни у кого не вызовет...

...В общем, дорогие читательницы, не стоит бить тревогу и обращаться к психиатрам, если ваш муж начинает ласково поглаживать бронзовую статуэтку, доставшуюся вам в наследство от бабушки. А мужчинам вовсе не обязательно устраивать скандал, если жена слишком пристально, на их взгляд, рассматривает прелести мраморного Аполлона. Все это не должно вызывать тревогу – во всяком случае до тех пор, пока то или иное изображение не начнет составлять вам конкуренцию в личной жизни.

А уж как не допустить этого, зависит исключительно от вас самих: не забывайте, что Афродита предпочла оживить Галатею вместо того чтобы заставить окаменеть самого Пигмалиона. Думаю, мужчины согласятся, что с живым теплом любимого человека не сравнится никакая Галатея...

Роман ПАНЮШИН