Лимфогрануломатоз

"У моего сына лимфогрануломатоз. Само по себе заболевание страшное. Врачи делают все, что в их силах. Земной поклон им за это. Химиотерапия, как известно, вызывает неукротимую рвоту. Это естественная реакция организма, умерить которую могут лишь лекарства. К сожалению, все они импортные и очень дороги. Стоимость 5 ампул зофрана, к примеру, превышает миллион. А сколько этих ампул надо! Ведь курсы спасительного при такой болезни облучения периодически повторяют. Этот вопрос я задаю от имени всех матерей, родственников, близких тех, кто страдает от побочных эффектов лечения: неужели наша наука не в состоянии создать эффективные и более доступные по цене препараты? А может, такие уже есть?"

Маргарита С., Благовещенск

Оставить такое письмо без внимания - преступление. Но где найти специалиста, сведущего не только в том, что показано больным, но и что продается в аптеках? Руководитель отделения химиотерапии Московского научно-исследовательского онкологического института имени П. А. Герцена профессор В. И. БОРИСОВ ответил так:

- Вопрос о том, что первично, а что вторично при оценке действия лекарственной терапии, приобретает особый смысл. Есть осложнения, представляющие угрозу жизни, а есть такие, что лишь влияют на ее качество. Несмотря на очевидную важность первых шкала приоритетов для самого больного выглядит совершенно иначе. Превалирует “качество жизни”. Да разве может быть человеку хорошо, если тошнота и рвота делают жизнь невыносимой?

Социальный заказ на синтез противорвотных препаратов (антиэметиков) возник в 60-е годы. Спустя десятилетие ученые предложили метоклопрамид, или церукал. Эффективность его, по данным разных авторов, 40 - 60%, что само по себе не ахти как. А тут еще появились новые более действенные противоопухолевые препараты, обладающие высокой эметогенностью, то есть вызывающие рвоту. Усилить лечебный эффект церукала удавалось лишь за счет увеличения его дозы либо комбинацией с психотропными или гормональными средствами.

К чему это привело? К другим побочным явлениям - так называемой атаксии, когда нарушается координация движений, возникает вращение глаз, развивается тремор... Для больного все эти осложнения по значимости сопоставимы с тошнотой и рвотой.

Был у нас и отечественный диметпрамид, близкий по структуре, эффективности к метоклопрамиду, и, увы, с теми же недостатками. Хотя и такой, средненький, но свой сегодня сметен распадом державы - производился-то он в Латвии.

В 80-е годы за рубежом разрабатывается новый класс антиэметиков - зофран, новобран, китрил. Они довольно эффективно препятствуют возникновению рвотного рефлекса, но в одинаковой степени все не без изъяна. Головная боль, запор, подъем артериального давления, чувство тяжести в желудке, индивидуальная непереносимость... Перед врачом постоянно стоит задача учесть все это, а тут еще и непомерно высокая цена: доллары, переведенные в рубли, да плюс торговые надбавки... Догола разденет такое лекарство.

Потребность же в антиэметиках в России велика - они необходимы не только для лечения онкологических заболеваний, но и в фармакологической защите организма при лучевых поражениях. Препарат, отвечающий этим требованиям, создан в научно-производственном центре “Фармзащита” федерального управления медико-биологических и экстремальных проблем при Минздравмедпроме России. По своим качествам отечественный латран не уступает английскому зофрану, но это не его копия - при разработке субстанций использованы отечественные оригинальные подтвержденные патентами технические решения. Латран прошел клинические испытания и недавно (летом 1995 года) разрешен к медицинскому применению. По подсчетам экономистов, даже выпуск первых и совсем небольших партии латрана позволит продавать его по цене вдвое меньшей, чем зарубежные аналоги. И это, надеюсь, только первая ласточка.